История «пьяного» мальчика: судмедэксперт раскрыл подробности анализа крови

| 20.06.2017

24 апреля, на следующий день после ДТП, тело мальчика попало к заведующему Железнодородным отделением бюро судебно-медицинской экспертизы Михаилу Клеменову. Он проводил вскрытие и забор крови для экспертизы.

— Во время исследования умершего я взял два образца крови. Один я отправил в биологическую лабораторию для определения группы крови. Второй был направлен для определения наличия этилового спирта. Непосредственно само исследование проводилось в клиническом институте им. Владимирского (МОНИКИ), но в разных отделениях. Когда пришел результат о наличии в крови 6-летнего ребенка этилового спирта, у меня, естественно, возникли сомнения, как и у любого здравомыслящего человека. Было принято решение о назначении молекулярно-генетического исследования обоих образцов крови. Но оно показало, что оба образца принадлежат одному лицу. Кроме того, наличие в крови ацетальдегида свидетельствует о прижизненном употреблении алкоголя.

— Каким образом? Объясните.

— Ацетальдегид является основным продуктом распада алкоголя под воздействием фермента, вырабатываемого в печени. Если человек жив, в печени выработался фермент, он разрушил алкоголь. Если человек умер, печень ничего не может выделять, а значит этого вещества в крови мы просто бы не обнаружили. Это я объясняю всем тем, кто считает, что ребенку могли уже после смерти сделать инъекцию с водкой или подмешать что-то в пробирку.

Читайте материал: «Отец «пьяного» ребенка, погибшего в ДТП, рассказал о кошмаре»

— Но ведь это не окончательные результаты?

— Точку в этом деле поставит молекулярно-генетическая экспертиза, которую сдали родители мальчика. Будет проверяться, совпадет ли их ДНК с ДНК человека, чью кровь отправили на исследование.

— Скажите, вместе с образцами Алеши вы же наверняка отправляли на экспертизу и кровь других людей.

— Да, но все должным образом упаковывается, опечатывается.

— Не могло так быть, что когда кровь приехала в институт, лаборант взял чужую пробирку?

— Нет. Для этого я и проводил молекулярно-генетическое исследование, чтобы показать, что оба образца крови принадлежат одному лицу.

— Иными словами, если подмена была, то менять нужно было две пробирки?

— Именно. Но чтобы заниматься такими манипуляциями, надо обладать серьезными познаниями в области транспортировки, распределения этих объектов по лабораториям. Ведь пробирки, повторюсь, поехали в разные отделения. Я даже уверен, что тот полицейский, который доставлял анализы, не знал, сколько биологических объектов от одного человека он отвозит в лабораторию. К слову, там еще была третья пробирка, с желчью.

— Она разве выглядит как кровь?

— Нет, конечно, но разве в запакованном виде человек разглядит, что внутри, если хочет подменить. Я хочу донести до людей простую мысль: бюро судебно-медицинской экспертизы работает по определенным нормативам, установленным государством с целью избежать всяческих фальсификаций. И здесь работают специалисты, которые перед каждой экспертизой предупреждаются об ответственности за дачу заведомо ложной экспертизы. Неужели вы думаете, что кто-то хочет попасть в тюрьму?

— А вы вообще работаете долго в этой сфере?

— 27 лет.

— И за вашу практику было такое, чтобы у дошкольников в крови находили алкоголь?

— Были. Даже от отравления этиловым спиртом детей хоронили. Неужели у вас или у ваших друзей не было историй, когда на вечеринках взрослые отвлекались, а дети хватали бутылку шампанского или вина и делали несколько глотков.

— Да, но ведь здесь речь идет не о двух-трех глотках. 2,7 промилле для 6-летнего ребенка это, кстати, сколько?

— Чуть больше ста граммов водки…

Днем 19 июня отца мальчика вызывали в СК. Он там больше трех часов.

— Сказали, что результаты экспертизы пока не готовы, что делаться они будут долго, — говорит отец ребенка.

Он рассказал «МК», что кровь в пробирках будут сравнивать не только с кровью его и жены, но и с той, что осталась на заднем сиденье автомобиля Ольги Алисовой, сбившей ребенка. То есть взято еще как минимум три образца

Друг семьи погибшего мальчика уверяет: даже и мысли не может быть о том, чтобы ребенок мог глотнуть спиртное.

— Вдруг в холодильнике стояли открытые бутылки? — уточнили мы у знакомого семьи.

— О чем вы говорите! Если в этом доме на праздник все вместе — Рома, его жена, тесть, теща, — выпьют бутылку красного сухого вина, уже будет нонсенс…